Студия, которая работает на чужой аудитории
Шан Ханиф продавал бухгалтерские услуги, потом запустил приложение для гурманов NomNom, которое дошло до 40 000 активных пользователей и закрылось через год — Instagram добавил похожие функции. В 2016 году он запустил GenFlow. Сегодня, по его словам, компания зарабатывает $23-25 млн в год и помогла создателям контента заработать больше $300 млн.
Это разбор не одной компании. Это разбор модели: студия, которая строит бизнес на чужой аудитории за долю. Один из самых быстро растущих, наименее описанных и наиболее споро обсуждаемых форматов в современном предпринимательстве. Статья для тех, у кого есть аудитория или кто думает, как к такой аудитории пристроиться.
Суть модели
Классическая схема выглядит просто: есть создатель контента с лояльной аудиторией. Есть команда, которая умеет строить бизнес — продукт, операционку, маркетинг. Студия берёт на себя всю работу по созданию продукта, а взамен получает долю в этом продукте. Создатель приносит главное — аудиторию и личный бренд. Студия приносит остальное.
Создатель вносит аудиторию и бренд, студия — продукт, операционку и запуск. Деньги в сделку не вкладываются.
Это не контрактная разработка, где студия делает работу и уходит. Это совладение: студия заинтересована в росте бизнеса так же, как и создатель, потому что её деньги лежат в той же доле. Мотивации совпадают — это принципиальное отличие от агентства, которое берёт деньги за часы.
Это также не венчурный фонд. Студия не покупает долю за деньги — она «покупает» долю за работу. Капитал студии — компетенции, команда, процессы. Денег в сделку создатель не вкладывает. Это важно: точка входа для создателя нулевая по деньгам, но дорогая по доле в будущем бизнесе.
От холдинга одного создателя (Beast Industries MrBeast'а, steven.com Стивена Бартлетта) модель отличается тем, что студия работает с десятками или сотнями создателей. Портфель, а не один бет.
Четыре типа сделок на рынке сегодня:
- Доля в бизнесе — студия строит продукт, получает % в компании, участвует в прибыли и потенциальном exit'е (GenFlow, Creator Deal HQ)
- Комиссия с выручки — студия строит бизнес, берёт % от дохода бессрочно, без доли в компании (Audos — 15%)
- Услуги за долю — операционная работа, которую оплачивают долей вместо кэша (Magnetic Labs)
- Разделение выручки — студия и создатель делят доход от общего продукта без юридического совладения (FitStars в России)
Где деньги
Студия зарабатывает на росте доли в портфеле компаний. Это долгосрочная ставка: если создатель популярен сегодня, а созданный продукт — фитнес-приложение или курс — сохраняет подписчиков, доля со временем превращается в реальные деньги.
Но это не единственный источник. Многие студии берут операционные сборы — management fee за то, что управляют бизнесом. Это делает модель похожей на PE: управляющая компания получает и годовой fee, и carry от роста.
Проблема юнит-экономики в том, что портфельные компании строятся годами, а команда студии стоит каждый месяц. GenFlow нанял 90-120 человек — это сервисная компания, которая масштабируется людьми, а не кодом. Каждый новый клиент требует новых операционных ресурсов.
Отсюда структурное давление: студии нужна либо большая и регулярная комиссия (Audos выбрал именно это — 15% с выручки бессрочно), либо выход через продажу портфельной компании, либо стабильная маржа с продуктов.
| Игрок | Что получает студия | Контроль у создателя | Тип |
|---|---|---|---|
| GenFlow | Доля (% не раскрыт) | Частичный | Доля в компании |
| Audos | 15% выручки бессрочно | Полный (100% доли) | Комиссия с выручки |
| Creator Deal HQ | 75% доли + 49% прибыли | Минимальный | Доля + прибыль |
| FitStars (РФ) | 50% выручки | 50% | Разделение выручки |
| Beast Industries | 100% (холдинг самого создателя) | Полный | Собственный холдинг |
Рынок заметно сдвигается: условия становятся выгоднее для создателей. Creator Deal HQ сразу отдаёт создателю 20% доли и 51% прибыли. Audos вообще не берёт долю — только комиссию. Схема «50 на 50» или «студии — контрольный пакет» уже выглядит жёстко на фоне конкурентов.
Кейсы
Четыре типа игроков — от ИИ-студий до российской товарки — и что каждый забирает за свою работу.
GenFlow — первый масштабный proof of concept
GenFlow — британская компания, основанная в 2016 году Шаном Ханифом в Ковентри. Самоназвание — «brand-as-a-service»: они строят создателю его собственный продукт, а не помогают продвигать чужие бренды.
Ханиф по образованию бухгалтер (University of Coventry, квалификация ACCA). Его предыдущий проект — приложение NomNom для любителей еды — набрал 40 000 активных пользователей и закрылся, когда Instagram скопировал функционал. Урок был очевидный: строить на чужой платформе опасно. GenFlow сделал ставку на другое — строить на чужой аудитории, но создавать продукт, который принадлежит создателю.
Механика: три модуля — build (продуктовая разработка), manage (операционное управление), co-own (совладение через долю, размер которой компания не раскрывает). Внутренний инструмент Genlytics анализирует аудиторию создателя и прогнозирует, какой продукт выстрелит.
В январе 2021 года компания подняла Series A на $11 млн (£8 млн) от BGF. По словам Ханифа — без независимого аудита — выручка составляет $23-25 млн в год и $115 млн суммарно, создатели заработали через платформу больше $300 млн, клиентов 250+, скачиваний приложений 20 млн+.
Флагманский кейс — фитнес-приложение Shreddy, запущенное с Грейс Беверли, у которой более 1 млн подписчиков. Сегодня у Shreddy 500 000+ пользователей (по данным самого сайта). Юридически Shreddy Limited — отдельное юрлицо, зарегистрированное по адресу GenFlow; оно аффилировано с компанией, но формально самостоятельно.
Среди подтверждённых клиентов GenFlow — Энтони Джошуа (чемпион мира по боксу), Али Абдаал (продуктивность, 4+ млн подписчиков на YouTube), Иман Гаджи, Крис Уильямсон, Джеймс Смит, Лилли Сабри, Майк Тёрстон, Джордин Вудс, Патрисия Брайт, KSI. Логан Пол, по словам Ханифа, был клиентом в 2021 году — текущий статус неизвестен.
У GenFlow есть структурная критика. На Glassdoor оценка 3.6/5: сотрудники жалуются на дезорганизацию, рабочую нагрузку 24/7 и слабый менеджмент. Это болезнь любой сервисной компании, которая быстро растёт людьми. Вторая критика — структурная: создатель отдаёт долю в бизнесе, который построен на его же аудитории. Если завтра он захочет уйти или сменить студию — его аудитория никуда не денется, а бизнес уже частично принадлежит GenFlow.
Audos — ИИ-версия модели без доли
Audos — американская студия, которая строит компании с помощью ИИ-агентов. Основатели Хенрик Верделин и Николас Торн ранее создали венчурную студию Prehype, в портфеле которой BarkBox (подписка на товары для собак) и Ro (телемедицина). Опыт — более 30 портфельных компаний.
Принципиальное отличие от GenFlow: Audos не берёт долю в компании создателя. Вместо этого — 15% с выручки бессрочно. Это делает условия сделки намного прозрачнее: создатель сохраняет 100% компании, но делится комиссией навсегда.
Второе ключевое отличие: Audos приносит трафик сам. Студия не опирается на существующую аудиторию создателя — она работает с платной рекламой. Это меняет целевого клиента: Audos не нужен миллионный блогер. Ему нужен эксперт с работающей нишевой идеей.
Порог входа — до $25 000 (стоимость запуска, которую Audos инвестирует или предоставляет). В июне 2025 года компания закрыла раунд на $11.5 млн от True Ventures. В раунде также участвовал Никлас Зеннстрём — сооснователь Skype. Цель, заявленная основателями: 100 000 новых компаний в год.
Magnetic Labs — бренд-ориентированная студия
Magnetic Labs — студия потребительских брендов, основанная Беном Эйкоттом. До этого Эйкотт был директором по маркетингу в Feastables — бренде шоколадных батончиков, запущенном MrBeast'ом. Feastables набрала, по данным самой компании, около $380 млн выручки менее чем за два года и появилась в 100 000+ точек продаж. До Feastables — Manscaped, который вырос с $3 млн до $300 млн выручки за три года.
Magnetic Labs работает с создателями контента на создание потребительских брендов — физических продуктов, которые продаются через розницу и онлайн. Студия берёт долю в обмен на операционный и маркетинговый вклад. Публичных цифр по условиям сделок нет.
Это пример «услуг за долю» в физическом мире: студия знает, как поставить продукт на полку, как построить команду, как масштабировать через розницу. Эти компетенции создатель с аудиторией обычно не имеет.
Creator Deal HQ — выгодные условия для создателя
Creator Deal HQ — небольшая студия, которая декларирует самые выгодные для создателей условия на рынке. Схема: создатель получает 20% доли сразу при запуске + 51% прибыли. Студия сохраняет 75% доли + 49% прибыли.
Порог входа — 100 000 вовлечённых подписчиков. Условие: 13 постов в квартал на протяжении трёх лет. Если план по контенту не выполнен — доля прибыли создателя падает с 51% до 0%.
Публичных кейсов пока нет. Но модель интересна тем, что явно конкурирует с GenFlow по условиям: создатель здесь получает большинство прибыли с первого дня.
Beast Industries и steven.com — холдинг одного создателя
Отдельная ветка модели — когда создатель не работает со студией, а строит собственный холдинг вокруг своего имени.
Beast Industries — холдинг MrBeast'а (Джимми Дональдсон), в портфеле которого Feastables и другие бренды. По данным Forbes и Bloomberg, выручка холдинга в 2024 году составила $473 млн — рост на 114% к $221 млн в 2023 году.
steven.com — холдинг Стивена Бартлетта, ведущего подкаста Diary of a CEO. После раунда от Slow Ventures и Apeiron оценка составила $425 млн. Бартлетт сохраняет более 90% компании.
Это принципиально другая позиция: создатель не делится долей со студией. Он сам и есть студия — строит бизнесы на собственной аудитории и нанимает команду под конкретные проекты. Единственный «налог» — время на управление холдингом вместо создания контента.
Путь сложнее организационно, но выгоднее финансово для создателя — если у него есть управленческий ресурс или правильные партнёры без претензии на долю.
Применимость в России
Российский рынок устроен иначе. «Чистой» схемы «аудитория → цифровой продукт → совладение» здесь почти нет. Модель живёт преимущественно в товарке и физическом производстве.
Чем ближе к правому верхнему углу — цифровой продукт на аудитории создателя, — тем свободнее рынок.
Ближайший аналог GenFlow в России — тандем Виталиуса Паулюса и Алексея Клочкова. Они строят FMCG-бренды блогеров: организуют производство, выводят в федеральные торговые сети, берут на себя операционку. За это — доля. Флагманский кейс — Easy Peasy с Настей Ивлеевой: по открытым данным ЕГРЮЛ, доли в ООО «Коленки пчелы» распределены так: Ивлеева — 45%, Паулюс — 27.5%, Клочков — 27.5%. Выручка Easy Peasy за 2023 год — около 2.8 млрд ₽.
Lit Energy — энергетический напиток, запущенный с YouTuber'ом Михаилом Литвиным. Выручка за 2024 год — около 12.9 млрд ₽. Литвин владеет 40%, среди сооснователей — Ян Пальмачинский.
Оба случая — физические продукты через розницу. Схема работает именно в этом сегменте: блогер приносит первоначальный спрос через анонс в своей аудитории, партнёры берут производство и дистрибуцию.
В цифровых продуктах единственный крупный пример — FitStars, российский фитнес-сервис. Работает с блогерами по схеме разделения выручки 50/50 — не совладение в юридическом смысле, а договор о распределении дохода от курсов и подписок. Формально это ближе к агентскому соглашению, чем к партнёрству со студией.
Антон Пинский — пример media-for-equity в офлайне: вход в ресторанный и развлекательный бизнес через создание медиашума и получение доли. Конкретные условия его сделок в публичных источниках не подтверждены.
Почему цифровые продукты не пошли так же? Несколько причин. Первая — российский рынок цифровых продуктов с подписками существенно меньше западного; блогер с миллионом подписчиков может продать сотни тысяч банок энергетика, но приложение за 599 ₽/месяц — сложнее. Вторая — операционная: строить SaaS-продукт в России дороже, чем заказать производство питьевой воды. Третья — культурная: российская аудитория блогеров более охотно покупает физические продукты «от кумира», чем подписывается на его цифровой сервис.
Окно для «чистой» цифровой модели есть, но оно меньше западного.
Риски и контраргументы
Создатель всегда зависит от платформы. История NomNom — не исключение. Аудитория блогера живёт в Instagram, YouTube или TikTok. Алгоритм меняется — охваты падают. Популярность циклична. Студия, которая поставила на конкретного создателя, рискует вместе с ним. Это объясняет, почему GenFlow работает с 250+ создателями: диверсификация — единственный ответ на этот риск.
Доля без ликвидности — бумага. Студия получает долю в компании, которая может так и не продаться и не выплачивать дивиденды. Exit через продажу бизнеса — редкость в нише потребительских продуктов создателей. Большинство таких компаний не покупают стратегические инвесторы. Это значит, что студия фактически получает долю прибыли — но только если компания вообще прибыльна.
Создатель теряет контроль в момент первого успеха. Парадокс: чем лучше работает бизнес, тем ценнее становится доля студии — и тем больнее создателю её отдавать. Когда Shreddy стало расти, Грейс Беверли оказалась с долей, принадлежащей аффилированной структуре GenFlow. Выкупить эту долю обратно — дорого. Не выкупать — значит, работать на партнёра бессрочно.
Операционная нагрузка убивает маржу. GenFlow с командой 90-120 человек обслуживает 250+ клиентов. Каждый новый клиент требует ресурсов. Это не масштабируется как SaaS. Это масштабируется как консалтинг: больше клиентов — больше людей — больше управленческого хаоса. Отзывы на Glassdoor подтверждают: компания уже испытывает боли роста.
Аудитория — не клиентская база. Подписчики блогера любят его контент. Они не обязательно купят его приложение или продукт. Между «смотреть видео бесплатно» и «платить за фитнес-подписку» — большой шаг. Конверсия зависит от совпадения нишей и от качества самого продукта. Если продукт слабый — аудитория не спасёт.
Резюме
Модель «аудитория за долю» существует уже десять лет и показала, что работает — GenFlow выживает и растёт. Но рынок становится конкурентнее, и условия смещаются в пользу создателей: нулевая комиссия на долю (Audos), большая часть прибыли сразу (Creator Deal HQ), или полная самостоятельность через собственный холдинг (Beast Industries, steven.com).
Для солофаундера или эксперта с аудиторией из этого разбора следует три вещи.
Первая: если тебе предлагают сделку «мы всё сделаем, ты приносишь аудиторию» — смотри на условия. Рынок 2025 года не обязывает отдавать контрольный пакет или большую часть прибыли. Сравнивай не просто «есть партнёр или нет», а «что именно я получу через три года».
Вторая: «чистая» цифровая версия модели — наименее занятая ниша. На Западе большинство студий делает физические продукты (Magnetic Labs) или работает в нише фитнеса/здоровья (GenFlow). Продуктовые ниши — образование, инструменты, сервисы — закрыты слабо.
Третья: в России схема пока живёт в товарке. Если ты хочешь строить что-то похожее в цифре — рынок свободен, но придётся объяснять клиентам модель с нуля.